Share

Черноморские комплименты 2013

Итак, мы снова отдыхали в Приморско – маленьком болгарском городке на берегу Черного моря. Снова дикарями, снова вдоем с сыном. Поскольку окрестности были изучены в прошлом году, то по приезду мы сразу отправились на наш пляж Перла – ныне публичное, а раньше огороженное железным забором место отдыха болгарского правительства. В 2012 году мне полюбилось это место за отсутствие кушетно-зонтиковой зоны, за которую собирают мзду угрюмые служаки. Тут можно было просто поваляться на песочке. Хотя поваляться – это скорее из области фантастики – сын настойчиво требовал моего участия в постройке песочных замков, а я всячески отнекивалась…

В этом году на нашем пляже, который я считала диким, появились «скворечники» спасателей. В прошлом году мои встречи со спасателями ограничились дистанционным общением. «Мисс Латвия!» весело кричал проходящий мимо спасатель с соседнего пляжа и делал красивый поклон, «Мистер Болгария!» учтиво отвечала я в красивом реверансе. В этом году спасательные вышки были наставлены каждые сто метров, поэтому встречи со спасателями были неизбежны, но кто бы знал, что мне придется от них спасаться.

Боцман Митко. Боцмана мы встретили во дворе дома, и я решила, что это приятель нашего дяди Янаки – хозяина дома, где мы снимали комнату. Прожив в Сибири несколько лет (о чем он вспоминает очень тепло и с ностальгией!), Боцман, а именно так он себя представил, достаточно хорошо говорил по-русски. Сначала он показался мне очень строгим и угрюмым, но потом я поняла, что отработать на пляже в жару 10 часов для 62 летнего мужчины просто тяжело. По вечерам, когда мы натыкались на него во дворе, он много рассказывал про свою молодость, работу и жизнь в Сибири, а также дал много полезных советов про безопасность на воде. Например, он рассказал, почему опасны надувные нарукавники, или почему с надувным кругом нельзя купаться при волнах… Сын слушал эти рассказы очень внимательно, и от части именно благодаря им был с морем очень осторожен. Боцман занимал на нашем пляже пост номер 7 и несколько раз приглашал зайти к нему в гости.

Йоси. Наше излюбленное место было между 11 и 10 постами. Там был удобный берег для строительства замков и умеренный вход в море, такой, что я могла наблюдать за сыном в воде сидя на песочке. На третий день к нам подошел спасатель. Я уже настроилась прослушать лекцию о безопасности на воде, но Йоси, после привычно вопроса откуда мы, подобно Шахерезаде начал рассказывать о себе, евреях, а также об Роксалане – на эту тему его навело мое имя. Позже оказалось, что его папа — турок, но он упорно причислял себя к евреям, напрочь позабыв, что родился в Болгарии. Я любезно слушала его рассказы несколько дней, понимая из них только пятую часть, но потом просто утомилась от постоянного «Вразумишь?». Йоси работал на 11 посту, поэтому мы сместились ближе к 10. Спасатель обиделся и пытался выяснить причину такого поведения, попутно предлагая сходить вечером на прогулку. Несколько раз он интересовался, где мы живем, и я отвечала достаточно размыто, и более того, однажды выйдя с пляжа одновременно с ним всячески старалась замести следы. Вечером я строго придерживалась версии, что мы рано ложимся спать и очень много читаем (что было абсолютной правдой). Днем же моим спасением стали песочные замки, которые я стала строить с большим интересом и к большому удивлению сына. Сначала это были маленькие домики в стиле Гауди, такие как мы привыкли строить из песка на нашем Рижском взморье, но постепенно они стали перерастать в больше и массивные конструкции.

Фермер Мальборо. Когда мы переместились к посту номер 10, то вскоре около нас появился новый персонаж, которого сын назвал фермером из-за его соломенной «а ля ковбой» шляпе. Мне фермер больше напоминал престарелого ковбоя Мальборо. Передвигался он странной походкой пьяного война шаулинь и разговаривал на смеси русского, английского и немецкого. Надо сказать, что придерживаясь рекомендаций здорового образа жизни, наши посещения пляжа имели два этапа – утренний с 8-11 включая завтрак на море и вечерний, с 16-19. Каждый раз когда мы в 11 уходили с пляжа, Йоси подбегал и уговаривал остаться, предлагая всяческие блага, как то зонтик или шезлонг… Мои рассказы про ультрафиолет он не понял, в Болгарии вообще массовый культ загара. Когда наше посещение 10ого поста стало очевидно регулярным, Мальборо появился с вопросом надолго ли мы тут…

Я удивилась, но ответила, что еще минимум дней 10. На следующий день он появился снова и просто начал ходить кругами с сигаретой в зубах. Сначала он заявил, что море спокойно и можно купаться (ну просто капитан очевидность, потому что в море торчали и стар и млад), потом он попросил уменьшить децибелы сына, который восторженно орал, придаваясь забавам в теплом море. Затем он порекомендовал нам немного отойти в сторону. На этом моменте я уже откровенно нахмурилась и сказала что «тука добре», мол нам и тут хорошо. Подыскивая слова и откровенно стесняясь сына, фермер отвел меня в сторону и сказал, что хочет, чтобы мы сидели к нему поближе, а также пригласил меня выпить водки, ну или на крайний случай ракийки (болгарская водка). Я любезно отказалась и начала снова строить замки к радости сына.

Москвич. С прошлого года у нас в Приморско есть знакомый москвич, который приобрел тут недвижимость и проводит свои разрешенные по визе 90 дней на Черном море. Он приходил к нам на пляж по утрам, купался с нами, и всячески одаривал меня комплиментами. Ни Йосию, ни фермеру он не нравился. Сначала они не могли понять, кто это, а потом просто задали вопрос в лоб «есть ли у меня мужчина в Приморско». Вскоре москвич извинился и ушел в глубокую русскую хандру, и мы снова остались с замками… и спасателями.

Мистер Болгария. Одним вечером, ужиная во дворе дома и наслаждаясь прохладой, которую создавала виноградная лоза над головой веранды, в ворота зашел человек в красный штанах и желтой майке – характерный наряд спасателя. Приглядевшись, я узнала в нем мистера Болгарию с прошлого года. Он остановился у входа в дом и мы обменялись привычным Добре вечер. «Что же вы не заходите на наш пост», сказал он. Я откровенно удивилась. На что он обиженно заявил, что вот уже который раз мы проходим мимо его поста номер 12… В этот момент во двор из нашего дома выплыл Боцман, а вслед за ним Йоси.

Я уже была готова к тому, что сейчас вынырнет Мальборо с привычной сигаретой в зубах… «Боже!» воскликнула я, это просто спасательная станция, а не дом, или тут снимают новый сезон Спасателей Малибу на болгарский манер?? Мистер Болгария громко засмеялся и пригласил меня вечером на кофе! Из всех он был менее назойлив и более шумный, каждый раз когда мы проходили мимо поста 12, от отвешивал по традиции красивый поклон, а я исполняла грациозный реверанс, стоя по колено в воде.

Пляжные забавы. В общем на четвертый день нашей жизни в Приморско наши пляжные радости шли по стандартной схеме. Пост 12 – реверанс, пост 11 – Йоси с рассказом о его еврейских корнях и Йегове, потом остановка у поста номер 10. Двигаться дальше к 9 или 8 не имело смысла, по видимому ситуация бы повторилась снова. До 7 поста я доплывала каждое утро, следуя советам и примеру спасателей плавать вдоль берега для большей безопасности (вместо моего желания заплывать вглубь). Сначала Йоси предложил свои уроки плаванья, но я заверила его, что сама доплываю до… Боцмана на 7ом посту (а это метров 400). Это его немного охладило. Они вообще ревниво следили друг за другом и каждый раз интересовались, что от меня хотят другие. На что я откровенно хохотала и говорила, что ничего нового, кофе, ракия и прогулка вечером. Наши замки росли и множились, сын всегда предупреждал меня о приближающихся спасательных нашествиях: вот 12ый идет (альтернативой этому имени был «кабан» из-за шикарного атлетического телосложения мистера Болгария), ..вот Йосик… или фермер приближается…

Интересно, что реакция сына на спасателей была одинаковой – тотальный игнор всем. Спасатели же действовали по-разному. Мистер Болгарии вообще не воспринимал сына, словно его нет. Мальборо он однозначно мешал. Он называл его «мальчишка» и всячески засылал в море купаться, чтобы иметь шанс побеседовать со мной тет-а-тет (вот же советы спасателя!). Боцман принимал его как должное, и всегда замолкал, когда сын требовал внимания к себе. «Он тоже мужчина и ему нужно внимание», — сказал он однажды, чем очень меня озадачил. Йоси был самым хитрым (мамины корни что ли), ибо он всячески старался понравится сыну. Закончилось тем, что он покинул свой пост и присоединился к нашему строению песочной пирамиды.

Сын недоумевал, да и я тоже. На пляже было полно народу, но спасатели постоянно крутились рядом с нами, на пляже или около дома. Под конец поездки удивил Боцман, который стал отвешивать недвусмысленные комментарии по поводу своего одинокого статуса и прогулки, которая по его словам, должна была состояться после того, как я уложу сына спать. Я изо всех сил старалась отказывать всем как можно любезнее, и когда закончилась сила аргумента про чтение, стала шутить, что сын со мной в роли партизана, который по вечерам докладывает по телефону кому надо все, что происходит за день. Так сын первый раз стал моей настоящей спасительной защитой от аномальной спасательной активности.

И хотя внимание – это всегда приятно, за две недели отдыха  откровенно от него утомилась, еще больше чем от жаркого солнца.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *