Share

Среди книг, которые я читала даже не дважды, есть «Легенда о Сан-Микеле. Записки врача и мистика» шведского автора Акселя Мунте.  Я до сих пор не ответила себе, что больше мне нравится в авторе – врач, мистик или манера повествования, и наверное именно поэтому перечитываю ее, особенно в моменты, когда мне нужна помощь из вне, чтобы остановиться на секундочку, перевести дух и побежать дальше.

«Я знаю, что жизнь прекрасна, но знаю также, что мы часто портим ее и превращаем в фарс или в душераздирающую трагедию, или и в то и в другое вместе, так что в конце концов неизвестно, что надо делать — плакать или смеяться. Плакать легче, но смеяться много лучше — только не очень громко!”

Впервые книга была издана в 1929 году (Акселю Мунте на тот момент исполнилось 72 года) и повествует о жизни автора. В своем роде ретроспектива от специалиста «нервенных» недугов, в центре – объект мании самого автора – прекрасная вилла на итальянском острове Анакапри – Сан Микель, которая имеет и историческое значение – в период Римской империи здесь была вилла Тиберия. Именно благодаря легенде о том, что святая Дева Магдалена подарила императору яйцо, которое окрасилось в красный, и появилась пасхальная традиция красить яйца. Тиберий как раз и был этим императором, по приказу которого распяли Христа.

История строительства виллы появляется в книге фрагментами, словно колонна к колонне, именно так, как на протяжении всей жизни ее и создавал «модный» доктор. На виллу доктор перебрался лишь в конце своей жизни, но счастье насладиться красотой своего творения было недолгим – Аксель Мунте ослеп и проводил время, спрятавшись от солнца. После смерти вилла была завещана Шведскому правительству и теперь является музеем имени Акселя Мунте. Если вы планируете свой отпуск на Капри — запишите себе в mustvisit.

 «Мастро Никола умолял меня оставить дворик в покое — мы его уже два раза переделывали, и если будем сразу разрушать то, что нами построено, — Сан-Микеле не будет завершен до скончания века. Я объяснил мастро Никола, что лучший способ постройки дома таков: ломай и перестраивай до тех пор, пока твои глаза не скажут тебе, что теперь все хорошо. Глаза — куда лучшие наставники в архитектуре, чем книги.»

Особой линией в повести идет любовь шведского доктора к животным, причем без предпочтений. Обезьяны, птицы, собаки. В конце автобиографии, когда писатель описывает свой Страшный суд после смерти, именно спасенные при жизни птицы молвят за него словечко, уравновешивая все жизненные «подвиги» числом спасенных жизней тех, кто не может защитить себя при жизни.

«Два-три друга, немного книг и собака — вот всё, что нужно человеку, пока у него есть он сам».

Автобиография «модного» доктора Франции и Италии представлена большей частью его профессиональной жизнью. Не смотря на то, что доктор Мунте дважды был женат и имел детей, это осталось за кадром, хотя романтические нотки прекрасным юмором и иронией присутствуют в книге. В книге вообще очень много юмора, глубокого и тонкого одновременно, хотя много и сарказма с иронией. В общем, как раз в моем вкусе.

«К счастью, она была здорова как лошадь и могла выдержать любое лечение».
«Подобно всем специалистам по нервным болезням, он был окружен толпой поклонниц-психопаток. К счастью для него, женщины его нисколько не интересовали.»

Интересно, что свою профессию – невропатологию — доктор осознал лишь со временем. Официально он был «женским доктором» так как получил образование по специальности гинекология. Этого впрочем в книге нет, но вот женщин там хватает с избытком, а описание типажей настолько точно и ярко, что каждую из них я представляла не только в книге, но и персонажем из моей жизни. В книге очень часто упоминается профессор Шарко, у которого Аксель Мунте научился многому, в том числе и тому, что почти все болезни «от нервов». Шарко, к слову, так небрежно-уважительно возникающий на страницах повествования, есть учитель известного товарища Зигмунда Фрейда. Истории лечения дамочек и их мамочек, графинь и их тетушек – это почти учебник по психическим диагнозам. Модный доктор не скрывал и даже дерзко заявлял в своей книге, что многим здоровым нужно иметь болезнь, чтобы не сойти с ума, но вот больным более всего нужна вера и надежда, чтобы мобилизировать все силы организма на борьбу с недугом.

«Вероятно, мои коллеги знали ее организм лучше, чем я. Зато я знал то, что им, по-видимому, не было известно, — я знал, что нет лекарства сильнее надежды и что малейший намек на пессимизм в выражении лица или словах врача может стоить пациенту жизни.» 

«Считалось, что я знаю все — даже хирургию. Мне потребовалось два года, чтобы понять, что в хирурги я не гожусь. Боюсь, мои пациенты поняли это значительно быстрее. Я был невропатологом, но делал все, что полагается делать врачу, — даже, принимал роды, а бог хранил мать и ребенка. Можно только удивляться, как стойко организм больных переносил лечение.»

Аксель Мунте был не только самым молодым врачом того времени, он был состоятельным человеком, которого приглашали лечить важных персонажей.

«К чему копить деньги, если рано или поздно все равно придется их лишиться? У смерти есть второй ключ от вашего сейфа”.

Однако во всей книге, да и в биографии самого писателя-врача, красной нитью идет его помощь нуждающимся. Он безвозмездно помогал нищим, спасал людей в трущобах, приходил на помощь бедным итальянцам. Аксель Мунте спасал жителей острова Капри при вспышке эпидемии брюшного тифа, потом землетрясение, потом холера в Неаполе, еще одно землетрясение в Мессине и наконец мировая война. Его истории о помощи беднякам – это коктейль позерства и сочуствия тем, у кого ничего не осталось кроме одной шляпы. Не могу однозначно сказать, в чем была корысть доктора, а она безусловна была, но сама помощь еще больше была к месту и искренне необходима.

«- Не приносите ему так много дорогих игрушек, — говорил я. — Дешевые игрушки нравятся детям ничуть не меньше, а так много детей вовсе не получают игрушек. Я несколько раз убеждался, что куколка за тринадцать су завоевывает сердца даже в самых богатых детских. Когда дети начинают придавать значение цене своих игрушек, они перестают быть детьми. Кроме того, у Джона уже слишком много игрушек, и пора приучать его делиться с теми, у кого их нет. Для многих детей это трудный урок, и по тому, как он им дается, можно безошибочно судить, какие люди из них получатся.”

Ну, и конечно моя любимая тема – мистицизм и вера.

В рассказе несколько раз очень достоверно мелькают мистические моменты – встреча писателя с «демоном» на Анакапри, встреча с гномом в Лапландии и наконец его удивительная везучесть во всех рискованных случаях жизни. Будучи врачом, самым главным лекарством Аксель Мунте считал веру. Но скорее веру не в церковь, а в чудо.

«Ты всегда стараешься объяснить твоим пациентам то, что ты подчас сам себе объяснить не можешь. Ты забываешь, что главное тут вера, а не знания, — совсем как в религии. Католическая церковь никогда ничего не объясняет и остается одной из самых мощных сил мира; протестантская церковь пытается все объяснить — и разваливается. Чем меньше правды знают твои пациенты, тем лучше для них.» 

Не зря на писатель упоминает историю о местных жителях, которые более всех лекарств чтили «чудотворную силу различных мадонн», а фрагмент разговора в страстную пятницу, который я прочитала как раз в Великое воскресенье, просто сделал мой день, ибо нет лучшего примера тому, что у каждого из нас свои «парадигмы».

«Однажды я отважился сказать старому монашку, с которым был особенно дружен, что меня удивляет, почему в их спорах не слышно имя Христа. Старичок охотно сообщил мне,  что, о его мнению, не будь Христос Сыном Мадонны, Его и не почитали бы вовсе. Насколько ему было известно, Христос никогда никого не спасал от холеры. Его Пресвятая Матерь все глаза из-за Него выплакала, а как Он Ей отплатил? «Жено, — сказал Он Ей, — что Мне до Тебя?» — Percio ha finito male, — вот почему Он так плохо кончил!»

Впрочем, не смотря на такие «мистически» мотивы, Аксель Мунте верил и в то, что каждый из нас может сам построить свою жизнь. Пожалуй, в этот раз я читала Легенду о Сан-Микеле именно ради этого фрагмента. Но вы, пожалуйста, прочитайте сами – там есть о чем подумать и над чем посмеяться.

«Чем скорее мы поймем, что нашу судьбу решаем мы сами, а не звезды, тем будет лучше для нас. Счастье мы можем обрести лишь в самих себе, и напрасно ждать его от других — счастья слишком мало, чтобы им делиться. Горе мы должны переносить в одиночестве — нечестно перелагать его на другого, будь то мужчина или женщина. Каждый из нас должен сам сражаться в своих битвах и держаться до последних сил — ведь мы прирожденные бойцы. Каждого из нас в конце ждет мир — почетный даже для побежденного, если он делал все, что мог».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *